Глава 8.2 Родительское благоразумие

- Тогда почему только сейчас, столько лет прошло?

- Да потому что я не дура, - начала раздражаться старуха, - Думаешь, я не понимала, чем для меня это обернется. Сам знаешь, сколько врачей от псионников зависит, а уж от Нирры Артаховой….

- А сейчас? - тихо спросила я, - Не боитесь, бабушка еще жива?

И чего мне стоило пройти мимо этой старухи, что ей стоило промолчать, ведь молчала она столько лет?! Какая то бессильная злость и обида стали подниматься во мне, жгли изнутри и не находили выхода.

- Сейчас девочка, я уже ничего не боюсь, - ответила на последний вопрос женщина, впервые прямо взглянув мне в лицо, - Мне все равно.


Сорвалась я на улице. До этого я заставляла себя равномерно переставлять ноги и не бежать, вдыхать воздух через равные промежутки времени, прислушиваясь к барабанному бою сердца. Не торопиться, не реветь, не кричать. Ты сможешь, уверяла я себя. Но, конечно же, не смогла.

Глотнула залпом холодного ночного воздуха, закрыла лицо руками и разревелась. Словно маленький ребенок, брошенный родителями, не понимающий за что и почему взрослые так обошлись с ним.

Я знала, что Дмитрий, стоит рядом, чувствовала всем телом. Не надо, не подходи, мысленно взмолилась я. Жалость и утешение мне пока не нужны.

Хриплые рыдания рвались из груди нескончаемым потоком, казалось еще немного и они разорвут на части. Я оплакивала себя, своих несчастных родителей, девочку, не прожившую и дня.

Впереди освещаемая лишь луной автостоянка, позади яркие окна больничного корпуса. А на этой полоске земли поросшей деревьями темнота и мрак. Так же как и внутри меня. Бесконечный казалось бы поток слез иссяк.

- Пойдем, - мужчина, безмолвно переживший бурю, взял меня за руку и как ни в чем небывало потянул к машине.

Если бы кто-нибудь более здравомыслящий увидел, как в машине я первым делом стала искать зеркало, то, наверное, покрутил пальцем у виска. Но так оно и было. В тот момент, когда мои… Авторизоваться и читать далее