ПИСЬМА.

ЭШЛИ ДЬЮАЛ.

ПИСЬМА.

Пятое июля.

Я бегу очень быстро. Бегу, взрываясь плачем, бегу, вытирая слезы. Бегу, не щадя ни легкие, ни тело. Летний дождь барабанит по голове. Ветер бьет в лицо резкими, ледяными порывами, а тучи опускаются так низко, будто специально стараются придавить меня к земле своими багровыми, черными облаками. Наконец, впереди я вижу знакомую фигуру. Скорость не сбавляю. Несусь еще быстрее, обгоняя ветер, время. И уже через несколько секунд оказываюсь в объятиях любимого человека.

- Боже мой, - выдыхает Ной и приподнимает мое дрожащее лицо. – Мия, что с тобой? Что случилось?

- Родители против Нью-Йоркского колледжа. – Дышать нечем. Я сжимаю плечи парня, и обессиленно опускаю вниз голову. – Настаивают на…, на…

Мой мир переворачивается, и я падаю. Не физически. Но мысленно. Мысленно падаю в черную бездну из неистовой, горящей боли. Из одиночества. Из слез и страха. Поднимаю глаза на парня и вижу его испуганный взгляд. Его родной, теплый взгляд. Хочу вымолвить хоть что-нибудь, но не успеваю. Ной резко стягивает с себя куртку. Накидывает ее на мои плечи, и тащит под карниз маленького магазинчика.

- Расскажи мне. – Требует он. – Расскажи мне все.

И я рассказываю. Запинаюсь, срываюсь на крик, но выкладываю парню все до последнего клочка информации, как на исповеди. И про срыв мамы, и про угрозы отца. Про будущее, работу, здравый смысл. Про детскую глупость и невозможные мечты. Меня не оставить. Я говорю, говорю, говорю, и только в конце задаюсь вопросом: а слушают ли меня? Вижу отрешенный взгляд парня и вытираю мокрый нос. Хмурюсь. Все жду, когда Ной заговорит, но он молчит.

- Боже мой, - дрожащим голосом протягиваю я. – Скажи, хоть что-нибудь! Прошу тебя, не издевайся! – опять нет ответа. Нервно откидываю назад мокрые волосы и прикрываю руками глаза. Мне так плохо, что хочется умереть. – Ной, - жалко протягиваю я. – Боже, умоляю, только не молчи!

-… Авторизоваться и читать далее